В этом учебном году свою работу Киноклуб Института Пушкина завершил показом венгерского фильма-драмы "Сын Саула"

В этом учебном году свою работу Киноклуб Института Пушкина завершил показом венгерского фильма-драмы "Сын Саула", который был выпущен в прокат в 2015 году на Каннском кинофестивале. Этот фильм завоевал "Гран-при", а в 2016 году удостоился премии "Оскар" в номинации за лучший фильм на иностранном языке. Это первый полнометражный фильм венгерского режиссера Ласло Немеша.

"Сын Саула" поражает своей филигранно-подобранной манерой съемки, отчего хочется назвать этот фильм "Книгой мертвых" про Холокост. Режиссерский прием, когда зритель неотступно следует за главным героем, создает ощущение, что мы сами работаем в зондеркомманде, спасаем тело еврейского мальчика от огня, лихорадочно бежим сквозь лес. Но если от нас ужасы концлагеря и работы в крематории скрыты расфокусировкой, то для главного героя все это - привычный образ жизни, на который не обращает внимания его замыленный взор. И лишь появление маленького мальчика нарушает этот размеренный темп, задевает сердце Саула, отчего он преисполняется решимости - он должен похоронить мертвое дитя по всем обычаям евреев. Его действия идут вразрез со всем, что происходит в лагере.

Этот скупой на эмоции фильм совершенно непохож на остальные кинокартины о Холокосте, однако в нем приоткрывается завеса жизни самых ужасных, искореженных, и вместе с тем, самых несчастных людей - заключенных, которых обрекли предавать и лгать своим соплеменникам.

"Мы найдем и евреев на службе у нацистов — в еврейской полиции гетто, в «советах старейшин» — «юденратах». Даже у входа в газовые камеры стояли евреи, которым велено было успокаивать жертвы и убеждать их, что они идут мыться под душем. Эта была самая сатанинская часть плана — заглушить в человеке все человеческое, лишить его эмоциональных реакций и силы разума, превратить его в бездушного и трусливого робота — и, таким образом, сделать возможным превращение самих лагерных заключенных в часть аппарата, истребляющего их же братьев" [Речь израильского обвинителя на процессе Эйхмана].


Студентка филологического факультета Татьяна Ершова