Почему именно квест?

Недавно в нашем институте произошло неординарное событие – в рамках празднования Дня российской науки для студентов был проведена образовательная игра в формате квеста.

Эта идея была принята студентами «на ура», квест прошел интересно и  познавательно. Организовали игру под названием «Пропавший лексикограф» сотрудники Управления науки Института Пушкина. О том, почему была выбрана такая необычная форма обучения, как шла подготовка, рассказывает ведущий научный сотрудник проектной научно-исследовательской лаборатории инновационных методов обучения русскому языку Александра Ольховская.

DSC_0884.jpg

– Почему именно квест? Ни для кого не секрет, что вызовы XXI века существенно повлияли на современное образование. Обучение сегодня становится всё более активным, мобильным, творческим и игровым. Появилось даже особое направление под названием edutainment («развлекательное» обучение). Преподаватели пребывают в состоянии перманентного поиска новых оболочек, которые способны заинтересовать и увлечь учащихся.

А как проще всего понять, чем заинтересовать студентов? На мой взгляд, ответ прост – нужно понаблюдать, что они делают в свободное от учёбы время, чем они занимаются с удовольствием. Думаю, никто не станет спорить с тем, что одним из популярных способов времяпрепровождения сегодня является квест. Возникнув как жанр компьютерных игр, он постепенно трансформируется в форму экстремального досуга, а затем начинается осмысляться как педагогическая технология. И хотя теоретическое осмысление этой технологии оставляет желать лучшего, в журналах всё чаще появляются практические разработки обучающих квестов. Это – и неудивительно. Квест обеспечивает динамику, вовлечённость в игровое пространство, интеллектуальную и эмоциональную отдачу участников. Их улыбку и горящие взгляды, наконец.

– Как возникла идея его проведения?

– Идея вызревала долго. Всё началось с того, что однажды мне довелось читать курс учебной лексикографии в магистратуре. Курс был разработан с учётом того, что у студентов есть базовая лексикографическая подготовка. Однако, к моему удивлению, её практически не оказалось. Задавшись вопросом «Отчего это так?», я пришла к выводу, что это связано с отсутствием полноценного курса лексикографии в бакалавриате.

Программа филологической подготовки составлена так, что на приобретение лексикографических знаний и навыков отводится ничтожно малое количество часов в рамках курса «Лексикология». Конечно, такое положение дел показалось мне крайне несправедливым. Хотя бы потому, что словарь является основным источником авторитетных сведений о языке, а лексикографическая работа – немаловажным исследовательским методом, к которому так или иначе обращается каждый филолог.

Так пришло осознание того, что лексикографический пробел нужно как-то восполнять. Не имея на это аудиторных часов, мы могли добиться этого только с помощью внеаудиторного мероприятия. Так и появилась задумка провести лексикографический квест. С лёгкой руки научного сотрудника Института Пушкина Марии Парамоновой он приобрёл название «Пропавший лексикограф».

– Как вы отбирали вопросы для квеста?

– Вопросы мы не отбирали, мы их придумывали, и это был самый увлекательный этап подготовки квеста. Сначала мы с ведущим научным сотрудником института Галиной Фёдоровной Богачёвой работали индивидуально – каждый за своим столом писал задачки-головоломки, решить которые можно только с использованием словарей. Затем мы собрали общую базу заданий (их получилось порядка 30) и выбрали из них 8 самых интересных. При отборе мы руководствовались, во-первых, посильностью заданий, а во-вторых, наличием у них особого сказочного или детективного духа. Например, такие локации, как «Древний дуб», «Маска, я тебя знаю!», «Долина призраков», «Мастер дешифровки», «Непроходимое болото» вполне нас устроили. А вот задание «Жизнь замечательных людей», связанное с узнаванием лексикографов по предметам, мы исключили, посчитав его сложным. Справедливости ради надо сказать, что авторство большинства отобранных заданий принадлежит Галине Фёдоровне. У неё на это особый «магический» нюх. Легенда о лексикографе Магнусе, превращённом в фикус злым волшебником Нигилисом, родилась у меня сама собой. Кстати, во время отбора волонтеров на программу «Послы русского языка в мире» в Оренбурге. На заключительном этапе подготовки мероприятия к нам подключилась Мария Парамонова и влила в процесс немалую дозу креатива. Мистическая афиша в чёрно-красных тонах – её рук дело. 


Яндекс.Метрика
На официальном Интернет-сайте ФГБОУ ВО "Гос. ИРЯ им. А.С. Пушкина" могут использоваться технологии cookies и их аналоги для качественной работы сайта и хранения пользовательских настроек на устройстве пользователя. Нажимая ОК и продолжая пользоваться сайтом, Вы подтверждаете, что Вы проинформированы и согласны с этим и с нашей Политикой в отношении обработки персональных данных. При Вашем несогласии просим Вас покинуть сайт и не пользоваться им. Вы можете отключить cookies в настройках Вашего веб-браузера.

The Pushkin Institute's official website may use cookies to ensure high-quality work and storage of users' settings on their devices. By clicking OK and continuing using our website, you acknowledge you are informed of this action and agree with it and our Privacy Policy. If you are not agree, we kindly ask you to leave our website and not to use it. You may switch off cookies in your browser tools.